Пожары говорят нам нечто важное о Франции. Нужно лишь пожелать это услышать.
Пожары уничтожают леса. Они также раскрывают нацию.
Кризисы обладают добродетелью, неведомой спокойным временам: они упраздняют позы. Они подвергают речи испытанию фактами. Они показывают то, что устоит, когда всё колеблется. Кризис всегда раскрывает две вещи: то, что угрожает стране… и то, что её спасает.
Уже несколько лет наши публичные дебаты твердят об одном и том же: об обществе, которое распадается, об индивидуализме, ставшем правилом, о Республике, которая больше не способна созидать общее. Мы тратим слишком много времени на созерцание того, что рушится. Но вспыхивает пожар. И эта история дает трещину.
Появляется другая Франция. Молчаливая Франция. Франция, которая не ведет дискуссий, потому что действует. Франция пожарных — профессионалов и добровольцев. Франция мэров, которые организуют процесс, CCFF, которые вновь надевают оранжевую форму, фермеров, предоставляющих свою технику, ассоциаций, принимающих пострадавших, предприятий, освобождающих от работы своих сотрудников-добровольцев, жителей, открывающих двери эвакуированным семьям. Эта мобилизация не спонтанна. Она рождается не из эмоций. Она раскрывает более глубокую реальность: наша страна все еще обладает огромным капиталом коллективной ответственности.
Мы в итоге забыли очевидную истину: Нация держится прежде всего на общности ответственности, а не на простой сумме административных полномочий. Государство незаменимо. Однако одного его никогда не будет достаточно. Ибо никакая администрация, какой бы эффективной она ни была, никогда не заменит общество, согласное нести свою долю ответственности.
Чувство долга не исчезло. Готовность к служению не исчезла. Солидарность не исчезла. Они по-прежнему существуют — вдали от шума, вдали от поз, там, где решается главное.
Именно здесь начинается политика.
Пожары — это не исключительные чрезвычайные ситуации. Они стали постоянным риском, распространившимся на всю страну. Невозможно управлять таким риском, руководствуясь лишь рефлексами экстренного реагирования. Он требует долгосрочной организации защиты нашей территории.
Суверенитет начинается здесь. В способности Нации защищать своих граждан, не завися от других. В обучении тех, кто готов к служению. В производстве оборудования, в котором она нуждается. В инвестициях до катастрофы, а не после нее. Защита нашей модели добровольчества, укрепление нашего авиационного флота, развитие французской и европейской промышленной отрасли гражданской безопасности — все это больше не узкоотраслевые меры. Отныне это суверенный выбор.
В горниле испытаний вновь открывается истина. Республика перестает быть лишь институциональной архитектурой. Она вновь становится цепью взаимной ответственности. Мэр защищает, департамент направляет спасателей, регион мобилизует свои ресурсы, Государство координирует. Каждый на своем месте. Каждый делает другого сильнее.
Мы тратим много энергии на восстановление того, что разрушается. Это необходимо. Но главная политическая ответственность в другом: защищать то, что все еще составляет силу страны. Готовность к служению — национальное достояние. Ее нельзя утвердить декретом. Она передается. Она признается. Она оберегается.
Огонь губит деревья. Но он также обнажает корни. Невидимые корни Франции сотканы не из камня и не из стали.
Они сотканы из служения, ответственности и той глубоко французской убежденности, что общее благо — это и наше дело.
François de Canson, maire de La Londe-les-Maures